На этой неделе в КРУ имени Ахмета Байтұрсынұлы приехала доктор философии в области социологии и журналистики, профессор Варшавского университета Людвика Влодек. В Костанае учёный впервые, хотя ранее несколько раз бывала в Казахстане. Журналистика - лишь одно из направлений её научной деятельности. Профессор много лет изучает Центральную Азию, вопросы национальной идентичности и политические изменения в регионе. Первую лекцию зарубежный профессор провела для студентов факультета журналистики. Она рассказала об истории польских СМИ, а также о трансформации журналистики под влиянием политических и общественных перемен. Весь ноябрь Людвика Влодек будет работать со студентами КРУ.
Польская гостья оказалась очень интересным собеседником. С ней мы поговорили о развитии журналистики в Казахстане и не только.
- Людвика, Вы уже познакомились с костанайскими студентами. Какое впечатление они произвели на Вас?
- Мне очень понравилось. У меня были до сих пор только два занятия: одна тема с журналистами, вторая с историками. И это было для меня очень интересно. Молодёжь такая общительная, никто не стесняется, спорят даже, дают примеры из Казахстана. Это я воспринимаю не как лекцию, а скорее мы обмениваемся своими взглядами, своим опытом.
- Интерес к профессии журналиста постепенно падает. Были годы, когда на журфак поступали 10–15 человек, тогда как раньше специальность пользовалась большим успехом. Отмечаете ли Вы такую тенденцию у себя на родине, в Польше?
- Медиа, СМИ сейчас проходят кризис, быть журналистом, мне кажется, очень сложно. Зарплата резко упала. Я помню, как я начинала свою карьеру, я получала в дважды или в трижды больше за статью, чем сейчас, притом у меня уже опыт побольше, и я думаю, что я сейчас статьи пишу лучше, чем 20 лет тому назад. По сравнению с прошлым опытом репортёры очень редко ездят за границу сейчас. Ежедневная журналистика - это очень часто копирование того, что пишут за границей, или просто то, что уже находится в соцсетях. Это не потому, что легче, это просто дешевле. Уровень СМИ резко падает. Всё-таки пресса делится на дорогие медиа, за которые надо платить, и только узкая группа людей читает это, и дешёвые медиа или даже бесплатные, где, чтобы одну статью прочитать, надо перейти через рекламу. Это большая проблема, потому что без информации нет демократии. Если человек не очень хорошо разбирается в том, что делают власти, если он не хорошо понимает окружающий мир, как ему голосовать, как ему принимать решения? Сейчас для молодых людей журналистика - это не так просто. Надо очень много работать, а деньги не очень хорошие. Но всё-таки медиа нам нужны. Гражданской журналистикой мы всего не сделаем, должны быть штатные специалисты в каждом СМИ.
- А что касается блогеров? Ведь сейчас они тоже называют себя журналистами, и стоит отметить, местная власть к ним достаточно лояльна и даже готова платить за контент, поскольку они обладают большой аудиторией.
- Есть блогеры, есть у людей свои подкасты, где просто они через подписчиков зарабатывают, они делают качественную продукцию, они могут себе позволить ездить куда- то или у них уже сотрудники есть, которые тоже получают хорошие деньги, но это очень маленькая группа, а остальные - это, я бы сказала, непрофессионалы. Я имею в виду, что они не в силах делать серьёзную журналистику: общественную, политическую. Есть такие, которым повезло, которые набрали хорошую группу подписчиков, получают хорошие деньги, и действительно то, что они делают, это очень интересно и очень успешно. Но это меньшинство.
- На основе Вашего опыта можете сказать, чем отличается журналистика Польши и Казахстана? Ну и в целом, Вы можете оценить другие страны Центральной Азии?
- Во-первых, поскольку я не говорю на казахском, я не могу говорить про казахскоязычные медиа. Но то, что я видела, думаю, что, наверное, по отношению к властям польские журналисты намного жёстче, чем казахстанские. Но в Казахстане тоже есть хорошие информационные пространства, хорошие сайты, которые достаточно внимательно освещают политические события. Но их, наверное, меньше, чем в Польше. Казахстан, он резко тоже изменился, мне кажется, в лучшую сторону, я имею в виду свободу слова. Но, конечно, по сравнению с соседями, Кыргызстан, к примеру, намного свободнее. С другой стороны, у вас тоже очень много журналистов, даже частных блогеров, у которых подписчики, которых я смотрю, которых я люблю. И даже про историю, которую рассказывают, и про политику я внимательно смотрю.
- Ну и, конечно, не можем не спросить про искусственный интеллект. Сегодня он внедряется абсолютно в разные сферы жизни, в том числе и журналистику. Но до какой степени можем дойти, так, что всё за нас будет делать машина?
- Я сама вижу статьи, которые уверенно пишутся искусственным интеллектом. Но, конечно, это просто метод. Он может хорошо собирать информацию, но в конце должен быть человек, чтобы всё это проверить. Даже правильно ввести промты: если это грамотно использовать, он сможет стать помощником. Но дело в том, что иногда это так выглядит, что статьи полностью написаны искусственным интеллектом, и тогда уровень этой журналистики тоже резко падает. А, конечно, для редакции это просто дешёвый способ. Как я сказала, это будет, к сожалению, во всём мире так: делиться на хорошую журналистику, где хорошо образованные люди за этим стоят, и на вот эту дешёвую поп-массу, которая просто даёт информацию на очень базовом уровне. Возможно, через лет 10 человек не сможет догадаться, как написан текст, но сейчас это видно. Гениальные тексты, такие, которые человек может запомнить на всю жизнь, они с душой, и там всегда есть что-то неожиданное. А у искусственного интеллекта неожиданного нет.
— Спасибо большое за беседу! Надеемся, этот месяц, проведённый в Костанае, оставит у Вас только положительные впечатления!
Анастасия ХВАЛИНА
Фото пресс-службы Baitursynuly University
